«Во-первых, надо искать свое призвание»: интервью с самым опытным сервисным инженером ОПТЭК

«Во-первых, надо искать свое призвание»: интервью с самым опытным сервисным инженером ОПТЭК

24.09.2018

Сервис в компании ОПТЭК — это не только и не столько бизнес-процессы, запасные части и пакеты сервисных услуг. В первую очередь сервис — это инженеры, которые из года в год каждый день помогают решать все возникающие вопросы и справляться со всеми сложностями.

Сервис — это люди, которые любят свое дело и остаются в нем действительно надолго. Средний стаж работы инженеров ОПТЭК — 5 лет, но есть сотрудники, проработавшие в компании и более 15 лет! 


Мы поговорили с нашим «старожилой» и наставником Игорем Георгиевичем Носкевичем, который работает с оборудованием ZEISS уже более 30 лет, и выяснили, почему он посвятил свою жизнь профессии инженера, что он больше всего ценит в своей работе и как смог совмещать жизнь «обычного» человека с жизнью в постоянных разъездах. 

Игорь Георгиевич Носкевич

Игорь Георгиевич, вы у нас самый опытный сервисный инженер и наставник. Расскажите, пожалуйста, как началась ваша история в Carl Zeiss и ОПТЭК? 

Я закончил оптико-механический факультет Московского института инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии (МИИГАиК) в 1971 году. Сразу после института проработал 4 года в НИИ ядерной физики МГУ. А с 1976 по 1992 работал инженером-наладчиком оптико-электронного оборудования в «Союзмедмонтажналадке» — организации при Минздраве СССР, которая обслуживала зарубежное медицинское оборудование. В 1984 году «Союзмедмонтажналадка» заключила контракт с фирмой “ОПТОН” (ФРГ) и “Карл Цейсс Йена” (ГДР) на обслуживание и ремонт их оборудования. 

Как известно, Carl Zeiss тогда был разделен на две части: Западная Германия — это Zeiss Oberkochen, Восточная Германия — Carl Zeiss Jena. На территории восточноевропейских стран оборудование ZEISS Oberkochen продавалось под маркой Opton. 

Тогда было такое условие: кто едет на завод в Оберкохен, тот не едет в Йену, и наоборот. В то время западный Carl Zeiss Oberkochen и восточный Carl Zeiss Jena были конкурентами. В Оберкохен я ездил иногда 3 раза в год, потому что сначала надо было пройти базисный курс по оборудованию, а потом уже по конкретным приборам. Тогда же пришлось срочно учить язык. Поэтому когда меня спрашивают, сколько лет ты работаешь в ZEISS, я говорю, что у меня здесь три даты: 1976 год — когда я самоучкой проработал, 1984 года — когда начал официально работать с оборудованием Opton, и 1993 — когда я официально перешел работать в объединенную компанию “Карл Цейсс Оптон АО” при представительстве компании Carl Zeiss в России. В 1993 году как раз состоялось объединение заводов и компаний в Оберкохене и Йене. 

Поскольку я занимался оборудованием Opton, а они, в основном, производили операционные микроскопы, то так постепенно я начал именно на них специализироваться. И вот последние 15 лет я в основном операционными микроскопами и занимаюсь. 

В то время по факту я занимался не только работой сервисного инженера, но и во многом помогал менеджерам: где-то помогал с переводами, участвовал в переговорах, на выставках и конференциях.


В 2000 году была создана компания ООО “Карл Цейсс”, куда я был переведен на должность ведущего инженера. Тогда сервис расформировали, оставшихся 10 человек распределили по группам: кто-то занимался медицинским оборудованием, кто-то исследовательскими микроскопами. А в 2009 году ООО “Карл Цейсс” было преобразовано в ООО “ОПТЭК”, и началась его современная история. 

С каким оборудованием вы работаете сейчас? 

Я так и продолжил заниматься операционными микроскопами. Конечно, сейчас выпускаются новые поколения приборов, с которыми я уже не работаю — особенно для нейрохирургии, там слишком сильно изменились технологии. В основном я работаю со стоматологией, тем более сейчас это направление активно развивается: в неделю бывает 2-3 монтажа стоматологических микроскопов ZEISS OPMI Pico или обучающих техноскопов Pico. В ближайшее время планируется старт продаж нового стоматологического микроскопа ZEISS Extaro, и на его монтажи я также планирую выезжать. Иногда выезжаю по заявкам на офтальмологические приборы, например, операционный микроскоп для офтальмологии ZEISS Lumera — я проходил по нему обучение и хорошо его знаю. 

Вообще мы постоянно приходим друг другу на помощь и можем поменяться заявками, если есть такая возможность и когда это необходимо. Если ремонт сложный или, наоборот, требуется консультация по приборам прошлых поколений. 

Часто ли к вам обращаются за советом или помощью? И если да, то по каким вопросам? 

Вообще обращаются часто, да. Вот буквально вчера помогал коллеге проводить балансировку микроскопа. 

Во-первых, конечно, обращаются по старым моделям, потому что у меня самый большой опыт работы с ними. По более современным моделям ко мне тоже часто обращаются, особенно по поводу потолочных и настенных микроскопов: как правильно рассчитать все параметры, куда лучше повесить, потому что многие такие нюансы не описаны в технической документации. Или помогаю проконсультировать заказчика, как он со своей стороны должен подготовить помещение к установке оборудования. 

Я всегда готов (и рад!) приехать и помочь решить какую-то проблему, но чаще всего не приходится — все вопросы удается решить удаленно по телефону. А даже жаль! (смеется) 

Что такое наставничество? 

Наставничество — очень важное понятие для ОПТЭК. По сути, это совместный выезд опытного и более молодого инженера по заявке к одному заказчику. Все инженеры у нас в любом случае проходят тренинги у производителя, но иногда это занимает довольно много времени. Поэтому инженер приезжает на заявку более опытного инженера по своему направлению и прям в процессе учится работать с новым для него оборудованием или решать задачи, с которыми ранее он не сталкивался. Именно во время таких выездов молодой инженер учится правильному общению с заказчиком. Мне кажется, это даже более важный момент, потому что тренинг у производителя такому не научит. 

Сначала прибор продает эксперт. А дальше этот же прибор «продаем» мы, инженеры. Потому что именно от нас — нашего отношения, манеры общения, поведения и внешнего вида — в результате зависит, обратятся ли в дальнейшем к нам эти же заказчики или нет, посоветуют ли они нас своим коллегам. 

Вы много находитесь в разъездах. Как вообще семья относится к тому, что вы дома редко бываете? 

Это, конечно, непросто, но мы справились. Мне нравилась такая работа, и хотя жена, конечно, бывала недовольна, она меня поддерживала во всем и даже с работой умудрялась помогать! У нас получилась большая крепкая семья: двое детей, четверо внуков, один правнук и трехмесячная правнучка. Когда у нас проходили общекорпоративные семейные праздники, я брал с собой жену и одного внука — так он и вырос на всех этих мероприятиях, раз десять, наверное, был (смеется). 

А на хобби время оставалось? 

Обязательно. Рыбалкой с сыном занимаемся. Вчера вот как раз карасей привез с дачи. А так выезжаем на Волгу, на водохранилища различные — на неделю, на три дня, зимой, летом, фотографий полный телефон. При этом самое главное — в любом случае всегда оставаться на связи. 


Помню, сижу я где-то в лодке, у меня уже клюет, а тут заказчик звонит и надо срочно что-то объяснить или подсказать. Объясняю и снова забрасываю удочку — и это тоже нормальная “рабочая” ситуация. 

А в чем вы видите секрет того, чтобы совмещать такую непростую жизнь в разъездах и обычную жизнь? 

Сложно сказать, есть ли тут какой-то особый секрет. Мне просто всегда это было интересно. 

Я работаю с оптикой, я хотел на ZEISS работать — добился, попал! Потому что еще в 1970-е я пытался устроиться на Carl Zeiss, но тогда для этого надо было быть членом партии. Ну а потом, видите, жизнь так сложилась, что все-таки на ZEISS попал. Тем более ездил за границу, Германию объехал почти всю, путешествовать удавалось. 

А вообще, конечно, так и надо: с утра с удовольствием идти на работу, а вечером с удовольствием возвращаться домой. Счастье в этом заключается. 


Что для вас вообще самое интересное и ценное в вашей работе? 

Пожалуй, общение с людьми. Раньше у меня были в каждой республике друзья: Ашхабад, Ташкент, Рига. Я каждый год приезжал туда на профилактику или ремонт. И везде так встречали хорошо, везде были друзья.  

А второй момент — это, конечно, возможность посмотреть мир. Я даже специальную карту вел, мне дочка ставила флажки там, где я был. В какой-то момент даже немного надоело: в некоторых городах по несколько флажков надо было ставить (смеется). А так, конечно, география самая широкая: Калининград, Чукотка, Сахалин, Ашхабад, Мурманск, Якутия. Получается, мне удалось за время командировок посмотреть практически всю страну! Самые любимые места — это, наверное, Урал. У меня родители с Урала, поэтому мы в свое время на плотах и лодках прошли весь Северный Урал. Ходили даже там, где перевал Дятлова, все эти места посмотрел. 

Расскажите, какие у вас планы? 

Планы какие? Да все просто. Было бы здоровье, буду работать. Летом на даче щук ловить: утром спиннинг под мышку и на пруд. 

Нет, жизнь удалась, я скажу коротко.  

Есть ли у вас какой-то совет, которые вы бы хотели дать молодому поколению?
Надо, во-первых, искать свое призвание. А во-вторых, если сфера нравится, лучше строить карьеру в одном месте и не метаться, но постоянно учиться самому, развиваться, совершенствоваться.  

Работа должна быть и профессиональная, и в то же время творческая. А когда такая работа позволяет и мир посмотреть — это вообще прекрасно! Я пытался работать, ничего не делая руками самостоятельно, и быстро понял, что это совершенно не мое. Тогда я, можно сказать, выбрал душой. И не прогадал. 

Сегодня я могу сказать, что нашел свое идеальное сочетание: общение с интересными людьми, интересные задачи, возможность открывать новые места и какие-то нестандартные ситуации. Получается, все в одном.

Все истории успеха